Мозаичное панно "Принцесса Греза" Михаила Врубеля на здании "Метрополя" «Разбойник ты, Савва, поджигатель! Ну как тебе такому купецкое дело оставлять? Каторжная ты душа!» — гневался отец, когда узнал, что его сын в университете связался с революционерами. От каторги Савву Мамонтова Бог уберег, но в одиночной камере пришел провести 5 месяцев. Не узнал он и о революции: к моменту смерти в 1918-м он был тяжело болен и не узнавал даже своих детей. Разбойником Мамонтов не стал, но поджиателем - очень вероятно. Так он отомстил настоящему разбойнику-рейдеру и по совместительству министру финансов Витте, который прикарманил акции железных дорог, разорив и посадив Савву в тюрьму. При обыске у железнодорожного магната нашли заряженный револьвер и записку: «Тянуть далее нечего». Исполнить задуманное не хватило какого-то получаса… Тюремное свидание кончалось. Бывшего магната и мецената, а ныне арестанта Бутырской тюрьмы повели в камеру. На прощание он обернулся: «Сделай, о чем прошу, — в долгу не останусь». Посетитель криво усмехнулся: «Не извольте беспокоиться, Савва Иванович». Той же ночью в здании гостиницы «Метрополь», любимого детища Мамонтова, случился страшный пожар... Картины Серова, Васнецова, Репина, Коровина, Врубеля брошены у чугунных ворот. На ноге мраморного «Христа» (работа особо любимого Саввой скульптора Антокольского) болтается сургучная печать. Инеем покрылись итальянская мебель, золотые канделябры, инкрустированные ломберные столики, драгоценный фарфор — смотреть на все это роскошество, вынесенное из теплого дома прямо на грязную осеннюю землю, чудно и неловко. Имущество Саввы Ивановича Мамонтова идет с молотка. Самого же хозяина увели в Бутырки — пешком, через всю Москву, как последнего каторжника. Сесть в экипаж ему почему-то не позволили. На аукционе дворец искусств ушел за гроши, и новые владельцы определили его под гостиницу. Впрочем, вскоре им пришлось пожалеть, что связались с этой стройкой, — внезапный пожар уничтожил полздания (знаменитая мозаика Врубеля "Принцесса Греза" не пострадала только чудом). Савву подозревали в злом умысле, но доказать ничего не смогли. Может быть, за Савву отомстила сама Принцесса Греза? Силой мысли. Оставшаяся невредимой в пожаре. В июне 1900 года началось слушание дела Мамонтова в суде. В зале яблоку негде было упасть — публика ходила в суд, как в театр. Прокурор, обвиняя подсудимого, был красен от гнева. Прославленный адвокат Плевако, бывший однокашник Мамонтова по юридическому факультету университета, держа его за руку, говорил проникновенно и сочувственно… О том, как, в ущерб себе, Савва на своих железных дорогах клал более тяжелые рельсы, чем у конкурентов, как не скупился на надежные вагоны, как радел о пользе России. «Господа присяжные, он наделал много ошибок, но они человеческие, без злого умысла». Когда Мамонтова признали невиновным, люди плакали от счастья и обнимались. Савва в те дни сделался чем-то вроде национального героя. Витте не ожидал такой реакции общества. (7days.ru)