Орудия педагогического труда

Принято с благодарностью вспоминать своих школьных учителей. Я же не понимаю, за что благодарить - не благодарим же работников метро за их доблестный труд.

Школу я любила. Так бывает, когда хорошо учишься. Меня изумляли ужасы и недетские преступления, совершаемые моими одноклассниками, но в школу этот дух уличной шпаны не проникал - что остается для меня загадкой. Одно знаю - не благодаря учителям. Многие из них сами были носителями это духа - именно их сыновья отличались особой проказливостью.

Что касается их профессиональных достоинств - то их и не было. Меня учили заочницы. Простые деревенские бабы. Что они там "объясняют" у доски, я не понимала вовсе.
поэтому училась я больше дома, по учебникам. Может, дело во мне? В особенности моего восприятия? Я и вправду на слух и на лету мало что воспринимаю. Особенно, когда у преподавателя каша во рту и плохой синтаксис.

С благодарностью и раскаянием я вспоминаю лишь англичанку. Она была милой и доброй женщиной. И тепло ко мне относилась. К ней у меня было больше всего претензий - мол, как же так, учим-учим язык, а поболтать по-английски не можем. Потом-то я поняла, что виноват метод обучения языку - нарочно так придуман, чтобы не выболтать наших секретов иностранным шпионам.

Распиаренной была историчка, завуч, - мол, по ее конспектам ее ученики учились даже в вузах!
Бойтесь вызывающе некрасивых учителок! Такой мымры не нарисуешь и нарочно. Но то, что творилось в ее голове, заслуживает особого рассказа!

На уроке речь идет о Древнем мире. Задает вопрос: почему рабы выполняли тяжелую работу?
Ученики резонно отвечают: принуждают же, могут и побить за непослушание. Но оказывается, не в этом дело! Дураки-отличники ничего не понимают в древней истории, а вот умный двоечник из параллельного класса запросто ответил на простой вопрос: потому что орудия труда были простые! То есть тяпкой тяпать рабам было незападло, а дали бы им трактор, взбунтовались бы! Нафиг им такая индустриализация в их рабском колхозе?!

Чему могли научить такие герои педагогического труда? Они мыслили дурацкими штампами. Были чуждые идее Просвещения, не понимали и науку. Кувалда им была бы более к лицу, чем указка.