Падение оккупационного режима скоро

Русь слиняла в два дня. Самое большее — в три. Даже “Новое Время” нельзя было закрыть так скоро, как закрылась Русь. Поразительно, что она разом рассыпалась вся, до подробностей, до частностей. И собственно, подобного потрясения никогда не бывало, не исключая “Великого переселения народов”. Там была — эпоха, “два или три века”. Здесь — три дня, кажется даже два. Не осталось Царства, не осталось Церкви, не осталось войска, и не осталось рабочего класса. Чтó же осталось-то? Странным образом — буквально ничего.

Остался подлый народ, из коих вот один, старик лет 60 “и такой серьезный”, Новгородской губернии, выразился: “Из бывшего царя надо бы кожу по одному ремню тянуть”. Т. е. не сразу сорвать кожу, как индейцы скальп, но надо по-русски вырезывать из его кожи ленточка за ленточкой.

И чтó ему царь сделал, этому “серьезному мужичку”.
(Василий Розанов)


Вот и подписал философ приговор режиму и себе.
Почему оккупационный режим пал так скоро? Потому что неукоренен в русской почве. Грабитель, когда его застают с поличным - бежит сломя голову.

Что сделал царь подлому мужичку?
Да хотя бы устроил ему всеобщую мобилизацию, чтобы повоевать со своим кузеном. Положил на чужбине миллионы русских жизней, чтобы отвлечь-развлечь народ.
В этом же славном царстве народ массово помирал с голоду, но Розанов об этом не слыхал?

Подлый народ кормил непоймикакого философа Розанова. К чему вела народ его никакая философия?
Народу она не нужна была. Она не пробуждала в нем национального, гражданского самосознания.
Лишь ненависть к паразитической "надстройке" оккупационного режима.